Кучма остался один на один со своей инициативой о политической реформе

Президент Агентства корпоративной поддержки "Трайдент", политолог Виктор Небоженко в интервью Украине.Ru высказал свою точку зрения на политические процессы в Украине и обрисовал перспективу политической реформы.

- В чем суть противостояния оппозиции и большинства вокруг законопроекта Леонида Кучмы о внесении изменений в Конституцию?

- На самом деле сейчас сложилась довольно пикантная политико-историческая ситуация. При всем том, что за прошедшие 11 лет политическая элита Украины не смогла провести необходимый комплекс реформ (они носили хаотичный характер тех или иных действий, которые лишь потом оформлялись как реформы), - казалось бы, конституционную реформу хотят все. Но возник конфликт и это конфликт вокруг инициатора реформ. "Уходящий президент" Леонид Кучма вдруг без какого-либо явного политического повода объявил о начале самой масштабной политической реформы. Конечно, о ней многие говорили, но она не стояла остро на повестке дня. Многие вообще считают, что сложившаяся в Украине президентская форма правления не менее эффективна, чем парламентская республика. И вдруг на этом фоне - сенсационная инициатива Кучмы. Заметьте, громкую кампанию о политической реформе начала не оппозиция (которая по логике должна выступать за изменения), а сама власть, которая по определению рассматривалась как консервативная. Ведь считалось, что у власти осталось мало времени, и она должна была "спокойно доживать" последний год президентства Кучмы. И вдруг президент предложил такую радикальную реформу. Отсюда и проистекают все подозрения насчет того, что Кучма на самом деле инициировав реформу, пытается добиться пролонгации своих полномочий. Подозрения вызваны именно вышеназванным фактором.

- Вы давно знаете Леонида Кучму, поскольку вы были одним из активных членов его избирательного штаба, который в 1994 году обеспечил победу Кучме на президентских выборах. Затем вы работали в администрации президента. Вы не допускаете, что президент действительно эволюционировал в своих взглядах от последовательного сторонника сильной президентской власти в сторону парламентской республики?

- Нет, это не эволюция взглядов, потому что любой президент считает, что президентская форма правления лучше, чем парламентская. Я думаю, Кучма просто уверен в том, что только при нем президентская форма правления в Украине может быть достаточно эффективной. А любой другой президент, получив сегодняшний объем полномочий, только все испортит.

- То есть Леонид Кучма сегодня не видит никого, кто мог бы стать его преемником с существующим объемом президентских полномочий?

- Да, президент сегодня не видит преемника, который мог бы его эффективно заменить, получив такие огромные полномочия. К тому же необходимо учитывать сложившуюся властную вертикаль, сложившиеся личностные и теневые отношения во власти. Очевидно, Кучма считает, что любой другой только испортит то красивое государственное здание, которое он построил. А поскольку вся структура управления строилась не на институциональном уровне, а на ручном управлении, то оставлять эту "ручную машину" кому-то другому, - президент не хочет. И в этом плане он по-своему действует логично.

- С другой стороны, нельзя не признать объективное наличие в Украине системного кризиса (который не зависит от конкретного личностного противостояния в политической элите) - конституционного и институционального.

- Проблема заключается в том, что мы являемся внешним геополитическим образованием, то есть объектом, а не субъектом геополитики. На самом деле наша стабильность, безопасность и экономика обеспечиваются Россией и США. Поэтому какой бы системный кризис не был в Украине, какие бы не возникали внутриполитические и внутриэкономические напряжения и конфликты, - они не приводят к необходимым действиям.

- Насколько реально желание Леонида Кучмы реформировать политическую систему?

- Я думаю, здесь все-таки присутствует сильный психологический аспект. Кучма, не видя преемника, прекрасно понимает, что любой новый президент начнет свое правление не с реформ, а с антикоррупционных процессов, передела собственности и политического преследования тех, кто сейчас при власти. Новый президент будет заниматься этим не потому что хочет, а потому что у него не будет другого выхода. В Украине действительно системный кризис, но нет ни ресурсов, ни инструментов для его преодоления. Вот такой парадокс.

- И какой вы видите выход?

- Понимать политическую реформу исключительно как передачу парламенту и правительству части президентских полномочий - неправильно. Необходимо выстроить институциональные отношения, в том числе и между властью и бизнесом, которые бы действовали вне президента - вот это и было бы настоящей политической реформой. То есть необходимо создать другой механизм, в котором личностные отношения играли бы меньшую роль, чем институциональные. А чисто формальная передача части президентских полномочий в Кабмин не приведет к какому то прорыву. Сегодняшний украинский Кабмин - это остатки старой отраслевой советской структуры. Просто обрезан "верхний уголок", связанный с Москвой. А так это по-прежнему старая бюрократическая советская система, которая лишь перешла на украинский язык. Эта машина принципиально не готова к новым решениям. Что бы мы не говорили сегодня про зерновой кризис, - реакция правительства выдержана вполне в духе "дела врачей" - "заговор трейдеров". Причем Виктор Янукович прекрасно понимает, что зерновой кризис может быть концом его президентских устремлений и поэтому делает все, что в его силах. Но, нынешняя система в Украине - это антирынок. И вся государственная машина с ее слепыми административными телодвижениями оказалась бессильна перед спровоцированным и раздутым в СМИ "зерновым кризисом".

- А как вы оценивает действия оппозиции?

- Действия оппозиции весьма профессиональны с точки зрения борьбы за власть. Она сражается с властью по любому поводу: сражение с властью - есть способ добывания власти. Если, сделать фантастическое предположение, что Кучма договорится с Мировым банком, и Украине простят все долги, то и тогда оппозиция критиковала бы его. Оппозиция не скрывает, что ей нужна власть ради власти - никакой идеологической и политической легитимации там нет. У оппозиции нет и политической программы. "Получив власть, мы потом:" - эта знаменитая наивная формула украинской оппозиции. Как будто получение власти позволяет автоматически решать какие-то проблемы. Но ведь все мы прекрасно знаем, что эта формула не работает.

Похоже, что и президент становится на такую же позицию - ах, вы хотите власти - я вам ее не дам. А это уже не большая политика, а лишь столкновение амбиций.

- Как вы оцениваете действия президента?

- Было допущено огромное количество ошибок - совершенно по другому надо было строить стратегию. Во-первых, идея политической реформы не должна была идти только лишь от президента. Она должна была идти через гражданские форумы, политические партии и т.п. И только на последнем этапе политическую реформу должен был одобрить и поддержать президент.

- Но ведь президент, инициировав реформу, перехватил инициативу у оппозиции?

- Перехватил, но потерял стратегический ресурс. То есть тактический выигрыш в августе-сентябре прошлого года привел к стратегическому проигрышу.

Выдвинув инициативу о проведении политической реформы, администрация президента не позаботилась о ее политическом обеспечении, я уже не говорю о легитимации, пиар-поддержке и т.д. Посмотрите, ведь практически все парламентские фракции в течение года даже не имитировали поддержку президентской реформы. Конечно, в такой ситуации оппозиция может позволить себе быть циничной - "нам нужна власть". Вот это ощущение близкой власти и делает оппозицию все более динамичной и, скажем так, безнаказанной. Она увидела, что президент остался один на один со своей инициативой, и это реальность.

- Ваш прогноз по прохождению законопроекта президента через парламент?

- Я думаю, что президентский проект все-таки тем или иным способом отправят в Конституционный суд и тем самым перенесут весь комплекс политических конфликтов на осень, когда откроется четвертая сессия Верховной рады.

- В том случае, если парламент не проголосует осенью за президентский законопроект о внесении изменений в Конституцию, - насколько реально проведение в Украине всенародного референдума по этому вопросу?

- На 40% это реально. Наши социологические исследования показывают, что граждане Украины считают, что они, действительно, являются единственным источников власти в Украине. На вопрос: "Кто одолжен принимать решение об изменении Конституции?", только 14% респондентов ответили, что это должны быть народные избранники в парламенте. Вот вам реальный уровень делегирования населением своих полномочий депутатам Верховной рады. Таким образом, получается, что механизмы представительной демократии в Украине не работают в общественном сознании.

А около 50% респондентов считают, что изменения в Конституцию должны быть одобрены на референдуме, а потом их должна одобрить Верховная рада. И вот эти 50% - это очень серьезный соблазн для власти.

- Если референдум все-таки будет объявлен, оппозиция попробует сорвать его проведение?

- Думаю, что осенью и власть и оппозиция попытаются втянуть улицу в политическое противостояние вокруг реформы. Но, на срыв референдума оппозиция, очевидно, все-таки не пойдет. Хотя оппозиция могла бы сорвать проведение референдума в Западной Украине - у нее хватит для этого ресурсов. Но, тогда это создаст большие сложности для Виктора Ющенко на президентских выборах - в случае срыва референдума он жестко позиционируется как лидер только западной части страны, а не всей Украины. К тому же срыв референдума продемонстрирует всему миру раскол страны.

- Насколько вообще сегодня прогнозируема политическая ситуация в Украине?

- Главное в том, что прогноз политической ситуации в Украине сузился буквально до месяца. Если раньше мы могли прогнозировать какие то большие этапы на три месяца и даже на год, то сейчас даже большие этапы нельзя прогнозировать больше, чем на три недели. А это говорит о степени управляемости процессом в стране: процесс вышел из под контроля всех - и власти и оппозиции. Как объект политического анализа он стал очень зыбким. Это кстати хорошо чувствуют в мировых столицах, - по отношению к Украине исчезла ясность рекомендаций. Ни Вашингтон, ни Москва не представляют сегодня, куда пойдет развитие событий в Украине: есть ли у нас потенциал для самоорганизации или мы по-прежнему остаемся огромным историческим "лабораторным экспериментом"?