Современные средства контрацепции побеждают аборт
Во времена СССР презервативы считались дефицитом, но за ними особо не гонялись - уж очень они «снижали ощущения». В аптеках с начала 80-х преспокойно лежали венгерские и гэдээровские противозачаточные таблетки, но их покупали не для плановой контрацепции, а для того, чтобы «выпить пачку при задержке» и вызвать выкидыш. Страна меланхолично созерцала горы контрацептивов - и не предохранялась! Секс объективно не мог быть тем «безопасным наркотиком», коим он стал на Западе после «сексуальной революции», разбуженной в том числе и первыми таблетками. В Союзе в «это» ныряли, как в омут, с головой, мучительно стараясь хотя бы на ближайшие часы или минуты забыть про неизбежную расплату - роддом, абортарий, загс или кожвендиспансер, пишет Еженедельный Журнал.
В 1992 г., как только децентрализировалась внешняя торговля, презервативы перестали быть дефицитом - их везли в страну все кому не лень. Но на статистику абортов это не повлияло. Парадокс? Отнюдь. Опрос фокус-группы показал, что презервативами в те годы пользовались пары, которые в эпоху «до презерватива» не решались на «серьезные отношения». И, следовательно, никак не могли пополнить статистику абортов. В семьях же по-прежнему не предохранялись - для замужней женщины аборт не считался чем-то зазорным.
В 1993 г. министр здравоохранения Эдуард Нечаев ликвидировал централизованную систему снабжения лекарствами. Методы продвижения рецептурных препаратов в России стали такими же, как на всех рынках мира: представители фирм наносят визиты врачам, эксперты проводят лекции, тренинги и семинары. Это касалось и контрацептивов. К примеру, московское представительство голландской компании Organon создало Информационный центр по репродукции человека, где врачам преподавали те разделы консервативной гинекологии, которые в советское время изучать было не принято. Российское экспертное сообщество в мгновение ока рассталось со страшилками «про таблетки и спирали». Все прекрасно поняли: контрацепция снижает количество абортов и материнских смертей, а не родов. Была разработана федеральная программа планирования семьи и создана сеть центров планирования семьи и репродукции. Начиналась работа над школьными программами по контрацепции.
Лучшего подарка коммунистической и клерикальной тусовке нельзя было придумать. Национал-патриоты моментально начали трубить, что раскрыли заговор, цель которого - депопу- ляция России и растление русских детей. Заказчик злодеяния - «мировая закулиса», которой для доступа к природным ресурсам России нужна безлюдная страна. Приводные ремни - фирмы-производители контрацептивов. Им нужен рынок сбыта «отравы», которую якобы в приличных странах никто не покупает. Появились леденящие душу разоблачительные публикации в прессе (причем не только в коммунистической, но и во вполне либеральной). Редкий телеканал в середине 90-х не затронул пикантную тему. На думских слушаниях принимались безапелляционные резолюции: планирование семьи и «половое воспитание» школьников запретить.
Первым не выдержало травли Министерство образования: оно приостановило работу над контрацептивным «ликбезом» в апреле 1997 г. А вскоре и Дума вычеркнула из бюджета на 1998 г. финансирование программ планирования семьи - мол, нечего спонсировать геноцид. Депутат и врач Екатерина Лахова в сердцах бросила коллегам упрек: «Вычеркнув строчку из бюджета, вы запланировали 148 материнских смертей - в среднем именно столько женщин каждый год гибнет в России от абортов и их последствий». На нее кричали и топали ногами: «Ты продалась инофирмам и педофилам!» Весной 1998 г. клерикалы марают черной краской уличные щиты, на которых фотомодель (одетая и вполне корректная) рассказывает о секрете своей уверенности - оральной контрацепции. На одном из щитов написали: «Лужков, ты мэр Содома!» - хотя при содомском грехе оральная контрацепция уж точно не требуется...
Самые радикальные борцы «с растлением» не верили даже приказам Минобразования. Они были убеждены, что школьников тайком учат предохраняться. Весной 1999 г. предприниматель Герман Стерлигов, директор фонда «Не убий» Сергей Аристов и глава центра «Жизнь» священник Максим Обухов предлагали родителям школьников, подозревающим, что в школе ведется «половое просвещение», присылать сообщения на пейджер (сотовый телефон все еще считается роскошью) и вызывать созданную центром «группу быстрого реагирования», которая будет пресекать такие уроки.
Экспертное сообщество в шоке. Сотрудник представительства венгерской компании «Гедеон Рихтер» признался вашему корреспонденту, что в Венгрии даже коммунисты и католическая церковь никогда не затевали такой атаки на контрацепцию. Социолог и сексолог Игорь Кон в кругу журналистов сделал даже такое предположение: коммунисты и клерикалы прекрасно знают, что контрацепция снижает число абортов и останавливает распространение СПИДа, но им нужна катастрофическая ситуация со СПИДом и абортами как самое веское доказательство пагубности либеральных идей для России.
Казалось бы, к началу нового века противники контрацепции могут праздновать победу: информационное поле за ними, оппоненты охаяны, федеральные программы свернуты. Более того, из московских офисов фирм-производителей контрацептивов по странному стечению обстоятельств уволены все сотрудники, принимавшие участие в работе над программами планирования семьи и школьными проектами. Поговаривают, что это негласное распоряжение руководства AIPM - ассоциации работающих в России иностранных производителей медикаментов. Мол, хватит лезть во внутренние дела этой страны, наше дело - продавать пилюли. Сказано - сделано. Производители целиком сосредотачиваются на работе с врачами. Больше никаких флиртов с Думой и правительством - будем говорить только с теми, кто «в теме». Весь пиар уходит в женские журналы.
Но удивительное дело - война как бы проиграна, а продажи контрацептивов растут! Конечно, нам еще далеко до Голландии, где 80% барышень с четырнадцати лет и до первых родов «сидят на таблетках». Но вот данные, полученные от замминистра здравоохранения Ольги Шараповой: за последние десять лет число россиянок, пользующихся гормональными контрацептивами, увеличилось почти втрое. Сейчас таблетки используют 7,8%, а спирали - 16,3% от числа женщин детородного возраста. Причем таблетки постепенно вытесняют с рынка спирали, что соответствует европейской тенденции. Есть данные КОМКОНа, что в городах с населением больше ста тысяч человек уже каждая пятая женщина предохраняется таблетками. Опросы показывают: о таблетках большинство узнает от врачей и из женских журналов. Портрет этой «аудитории» не оставляет сомнений: контрацепция стала частью жизни среднего класса.
Но к среднему классу в России, по самым оптимистичным оценкам, относится как раз не более 20% домохозяйств. Остальных не «достанешь» ни женскими журналами, ни плакатиком, висящим в женской консультации: журнал не купят, а в консультацию придут только на аборт. Далее снижать число абортов можно будет, только возобновив федеральные программы планирования семьи и школьного ликбеза. Это хорошо видно в регионах, где служба главного акушера-гинеколога фактически выполняет отмененные федеральные программы. В Самарской области современную контрацепцию используют 40% женщин детородного возраста, в Алтайском крае - почти каждая вторая.
Абортов по-прежнему неприлично много. Но свет в конце тоннеля есть. Возраст, в котором российские тинейджеры начинают половую жизнь, снизился. Возраст, в котором женщина вступает в первый брак и решается на первые роды, увеличился. Продержаться почти десять лет от сексуального старта до первых родов можно, только предохраняясь: контролировать ситуацию абортами в течение столь длительного времени нереально. Значит, в новой России появилась контрацепция. О последствиях стали думать «до», а не «после».